Книжная полка: The Secret History of Khava Gaisanova Роба Хорнстры и Арнольда ван Брюггена

The Secret History of Khava Gaisanova
Rob Hornstra & Arnold van Bruggen
The Sochi Project, 2013
1100 экземпляров
352 страницы + 32-страничное приложение
107 фотографий
20 см х 27 см
Мягкая обложка

Начав несколько лет назад свой проект, посвященный Сочи, Роб Хорнстра и Арнольд ван Брюгген проявили себя, несомненно, как наиболее последовательные и увлеченные исследователи региона. Пожалуй, ни один из российских авторов не уделил столько внимания городу-курорту и близлежащим территориям, как два голландца, работавшие в России в период с 2009-го по 2013-й. В сравнении с их предыдущими трудами последняя книжная публикация фотографа и журналиста — The Secret History of Khava Gaisanova, вышедшая в 2013 году, представляется самым амбициозным произведением дуэта и вместе с тем самым мрачным по своему содержанию.

Ядром повествования издания, его лейтмотивом стала в каком-то смысле каноническая для Кавказа история североосетинской женщины Хавы Гайсановой, чье имя и вынесено на обложку. Судьба этой женщины из села Чермен, супруг которой пропал без вести, как и многие другие его соотечественники, похищенные неизвестными или похороненные в безымянных могилах, описывается в четные главах книги. Нечетные же разделы вырисовывают общую ситуацию в регионе, щедро обозначая исторический и современный контекст, фиксируя эпизоды нарушения прав человека, убийств и насилия и показывая, как приходится с этим жить простым людям.

Что скрывается под обложкой

В петербургском музее современного искусства «Эрарта» свою работу завершила выставка Undercover — без преувеличения уникальный проект, обозревавший современные достижения голландского фотокнижного дела.

Исключительность этого события не исчерпывалась тем фактом, что в России подобного масштаба мероприятие, связанное с медиумом фотографических изданий, проводилось впервые. Особенный характер экспозиции проявлялся и в концептуальном решении пространства, куда ее поместили. Чтобы презентовать тот объем работ, что включены в Undercover (свыше полутора сотен объектов), мало было просто разложить их по столам. Требовалась детальная проработка дизайна выставки, такое ее оформление, которое позволяло бы аудитории ориентироваться в разношерстной коллекции.

Фото: books-undercover.com

Тён ван дер Хейден: «Дизайнер и фотограф всегда вдохновляют друг друга»

В прошлую субботу в Петербурге в рамках выставки Undercover Яна Романова провела скайп-интервью с Анаис Лопез (Anais Lopez) и Тёном ван дер Хейденом (Teun van der Heijden). В разговоре сотрудничающие друг с другом фотограф и дизайнер из Голландии затронули тему баланса между формой и содержанием книги — одну из наиболее проблемных сторон в современном издательском деле, где сегодня наблюдается ситуация, когда внешний вид работы приобретает большее значение по сравнению с трудом самого художника. This is a photobook публикует выдержки из состоявшейся беседы.

Фото: Юлия Борисова

Тён ван дер Хейден: «Дизайнер и фотограф всегда вдохновляют друг друга»

— Что для тебя хороший дизайн фотокниги?
— В современном мире мы привыкли видеть фотографию на экране. Когда я создаю фотокнигу, мне важно понять, какая сила есть в этом бумажном объекте, что я, как дизайнер, могу сделать в книге такого, что не позволит воплотить экран любого гаджета. Интересная фотокнига — это всегда история, визуальный роман. Лучший дизайн — такой, который поддерживает историю.

— С чего нужно начинать, когда фотограф хочет сделать книгу?
— Если говорить о шагах по созданию фотокниги, то первый шаг — это всегда редакторская работа. Разница между хорошей и плохой книгой такая же, как и между хорошим и плохим фильмом. Сначала всегда нужно правильно построить историю, выбрав фотографии. Первым делом я просматриваю снимки на экране, затем распечатываю в маленьком размере. Для меня важный шаг создания книги — разложить эти небольшие отпечатки на листе бумаги и вместе с фотографом выстроить историю. Второй шаг — понимание того, о чем получается ваш рассказ, что делает его уникальным. Вы должны найти концептуальную идею, и уже в зависимости от нее выбираются элементы дизайна книги, которые помогут вам ее донести: размер, тип бумаги, типографика и т. д.

Например, при работе над Via PanAm фотографа Кадира ван Лохейзена (Kadir van Lohuizen) нужно было решить противоречащие друг другу задачи. Основа книги — пейзажи — воспринимается лучше всего в очень большом формате, но, кроме этого, в проекте много семейных портретов, которые требуют интимности маленького формата. Я решил объединить в одной книге страницы большого и маленького размера. Зритель имеет возможность рассматривать пейзажи на больших страницах, портреты — на маленьких, но при этом пейзажи еще и служат фоном для портретов. Таким образом, исходя из содержания, был придуман новый прием, который делает книгу уникальной и подчеркивает идею.

В книге In The Beginning No Bird Sang Анаис Лопез важны дополнительные образы, не только визуальные, ведь фотограф следует за слепым парнем, рассказывая нам про Ижбург (насыпной искусственный остров в Амстердаме — Прим. ред.) через его опыт. Экран никак не может передать нам тактильные ощущения, а бумажная книга может. Мы решили вклеить некоторые фотографии в книгу так, чтобы их можно было потрогать.

Бывает так, что фотограф приходит к тебе как чистый лист, без точного представления о том, какой должна быть книга. А бывает, что у него уже есть множество идей, и надо их как-то развить и соединить. Анаис, когда обратилась ко мне с просьбой сделать книгу In The Beginning No Bird Sang, явно принадлежала ко второму случаю. У нее было много задумок. Она, например, принесла графические изображения со звуковыми дорожками пения птиц. Именно пение птиц было для ее героя ориентиром в пространстве Ижбурга. Я немного скорректировал компьютерную графику, чтобы она стала более человечной, и эти звуковые дорожки превратились в часть книги. Мне показалось, что изображения самих птиц должны быть важной составляющей проекта, и Анаис по моему совету полгода снимала пернатых. Также мы понимали, что, если говорить об исследовании пространства, необходима карта. Но она не является частью фотоистории, поэтому возникло решение сделать у книги несколько съемных обложек и поместить карту на одной из них.

— Если твоя дизайнерская работа делает концепцию книги сильнее, чем сами фотографии, то кто же является автором книги — фотограф или дизайнер?
— При совместной работе дизайнер и фотограф всегда вдохновляют друг друга, но в любом случае автором книги является фотограф, ведь рассказывается именно его история, именно она вдохновляет дизайнера принимать те или иные решения. Единственный случай, когда на обложке было указано мое имя вместе с именем фотографа, — это Black Passport Стэнли Грина. Работая над «Черным паспортом», я хотел сделать документальную книгу о документальном фотографе. Я был словно режиссер фильма, а Стенли — одновременно его герой и создатель. Тут мы оба были согласны, что выступаем как два равноправных автора.

— Есть ли смысл делать фотокнигу, если ее не получится продать?
— Кроме продажи, есть еще и личные причины делать книгу. Мы живем в век цифровых носителей информации, но никто не знает, что будет с ними через много лет. А бумажная книга проверена временем. Создавая фотокнигу, вы делаете интересующую вас тему частью всеобщей истории. Помимо того, при современном развитии медиа, даже если вы печатаете книгу тиражом в 500 экземпляров и рассказываете о ней в различных журналах, о вашей теме узнает гораздо больше 500 человек. Благодаря изданию фотокниги вы привлекаете к волнующей вас проблеме очень широкую аудиторию.

Анаис Лопез: «Первостепенна история»

— Зачем вообще фотографу привлекать к созданию книги дизайнера?
— Так как я хочу создать действительно качественный продукт, я всегда обращаюсь к профессиональному дизайнеру. Дизайнер лучше разбирается в шрифтах, видах бумаги, именно благодаря своим знаниям он может подсказать такое решение, до которого я сама могла бы и не дойти. Когда фотограф работает над своей книгой в паре с дизайнером, они обогащаются идеями друг друга.

Над книгой Only in Burundi о небольшой африканской стране в постконфликтном состоянии я работала с дизайнером Линдой Брабер (Linda Braber) и писателем Евой Смоллегандж (Eva Smallegange). Линда была одновременно и дизайнером, и арт-директором, поэтому она даже направляла меня в том, какие фотографии нужно сделать во время поездок, которые необходимы будут для книги. В данном случае дизайн был очень важен, чтобы соблюсти баланс между изображением и текстом. Благодаря работе Линды он был соблюден.

— В чем секрет успеха продаваемости твоих книг?
— Секрет успеха — выход на как можно более разнообразную аудиторию. Only in Burundi мы изначально задумали как тревел-проект, а не просто как фотокнигу. Фотограф и писатель путешествуют с проводником — местным жителем — по стране, в которой лишь пару лет как закончились военные действия. Об этой стране ничего не известно европейцу, кроме страшных новостей из газет, поэтому наш проект — это возможность увидеть незнакомую страну так, как ее никто больше не покажет. Это путешествие, и потому книга интересна не только любителям фотографии.

«Фотокнига может быть целой комбинацией различных средств донесения информации, поэтому я часто называю свои издания инсталляциями».

В случае с In The Beginning No Bird Sang, дизайнером которой был Тён ван дер Хейден, аудитория расширялась за счет жителей острова-города Ижбурга, о котором идет речь в книге, и за счет архитекторов, которым интересно, как люди чувствуют себя в современном городском пространстве. Ну и, конечно, очень важно оповестить по имейлу всех тех, кто может быть заинтересован в книге и кто способен расширить аудиторию.

— Не было ли у тебя желания сделать совсем простую книгу, без различных ухищрений и приложений?
— Я уже делала. Та форма, которую имеют мои фотокниги, пришла ко мне в голову во время работы над проектами, во время поисков конкретных решений конкретных задач. Первостепенна история, и если можно рассказать ее с помощью одной открытки, то я бы сделала и открытку.

Записала: Екатерина Толкачева

Unseen: Молодые и разные

Фото: photoireland.org

На прошлой неделе в Амстердаме завершила свою работу фотоярмарка Unseen, в этом году проходившая во второй раз. Мероприятие, одним из организаторов коего является музей Foam, особое внимание уделяет неоткрытым талантам и их работам, а также знакомит с ранее не показывавшимися проектами авторов, уже замеченных миром искусства. Основу актуального европейского события составили собранные в одном пространстве экспозиционные стенды пятидесяти арт-институций со всего мира, однако не менее важным пунктом в программе стал книжный рынок — место встречи независимых издателей, авторов, дизайнеров и коллекционеров.

Дарья Туминас, российский художник и исследователь фотографии, получившая магистерскую степень в Лейденском университете и ныне живущая в Амстердаме, присутствовала на ярмарке не только как обычный посетитель и как ассистент на стенде московской галереи «Победа», но и в качестве автора, пишущего для блога на сайте Unseen. В интервью This is a photobook она поделилась своими впечатлениями от книжного рынка, рассказала, к чему нужно быть готовым, отправляясь на это мероприятие, и назвала издания, ставшие для нее открытием.

Фото: unseenamsterdam.com

— В фотоблоге The Guardian ярмарку Unseen окрестили младшим братом Paris Photo. Ты ведь наверняка была на крупном французском мероприятии. Можешь как-то сравнить эти два события?
— Да, на Paris Photo часть пространства в Большом дворце действительно отведена издательствам, но их не очень много, около двадцати, наверное. И там в основном представлены гиганты типа MACK, Steidl и так далее. То есть такие, которые готовы заплатить деньги за стенд, а на Paris Photo он стоит значительно дороже, чем на Unseen. В Амстердаме же было больше издателей категории young & hip («молодые и модные») и представителей самиздата. Вообще же параллельно с Paris Photo пару лет проходит ярмарка Offprint, и Unseen — некая альтернатива, скорее, этому событию. Книжный рынок в Амстердаме на Amsterdam Art Book Fair, кстати, организовывал Янник Боулис (Yannick Bouillis), устраивавший и Offprint в Париже. По духу, по составу издателей, которые присутствуют на Unseen и Offprint, эти два мероприятия больше похожи.

— Можно сказать, что позиция амстердамского события состоит в том, чтобы в первую очередь представлять именно маленькие издательства?
— Из того, что организаторы пишут на своем сайте, можно судить о том, что их политика — это прежде всего независимые издатели. Но на самом деле среди участников книжного рынка есть и более известные или более массовые компании. Например, Goliga или Kehrer. Последнее издательство я точно видела в прошлом году на Paris Photo, а некоторые, как Kodoji Press, присутствовали на Offprint. Особенность этого события заключается еще в том, что здесь, в Амстердаме, было проще голландским издательствам. Их было очень много, как и отдельных художников, которые занимаются селф-паблишингом. К примеру, присутствовало на ярмарке издательство Basboek. На самом деле это один человек — Бас Фонтейн (Bas Fontein), который делает кучу разных книжечек. Или Easter Trouble Press — это тоже только Джим Рид (Jim Reed), создающий издания в одном или паре экземпляров (он, правда, американец, живущий в Германии). Я его видела в Вене на ярмарке, до этого мы с ним познакомились на Offprint в Париже, и каждый раз у него был новый набор чудесных книжек. Он делает их в маленьком количестве и вручную, и книги очень быстро распродаются.

Издания Easter Trouble Press

— Кого еще можно было увидеть на рынке Unseen?
— Присутствовало несколько книжных магазинов: недавно открывшийся магазин голландского сайта о фотографии PhotoQ; книжный магазин амстердамского музея современного искусства Stedelijk. Отдельный столик был у The Sochi Project Роба Хорнстры и Арнольда ван Брюггена (Rob Hornstra & Arnold van Bruggen), которые издали достаточно большое число книг в рамках одного проекта. Были просто отдельные художники, как Лена Грасс (Lena Grass) или Гермундер Клейн (Geirmundur Klein).

Crematorium Гермундера Клейна

— Голландские фотокниги, как считается, ценятся своим изощренным и качественным дизайном. Стенды местных издательств, наверное, выделялись за счет этого в ряду других европейцев?
— Голландцы бросаются в глаза. Совсем не обязательно, что они отличаются изощренным дизайном — просто красивым, интересным, иногда вполне скромным, но всегда действительно подходящим для конкретного материала. Я составляла для кого-то из знакомых список издательств, чьи книги нужно обязательно увидеть, и из семи пунктов в нем пять были за голландцами. Я не хочу сказать, что они лучше или хуже. Возможно, просто мне самой они близки. Впрочем, мне нравятся и другие издатели. Есть, к примеру, прекрасное швейцарское издательство Kodoji Press. Интересно, что, как показал эксперимент, его ценят и сами издатели. Я расспросила около десяти важных для меня издателей и узнала, какие у них были открытия на ярмарке. Трое назвали разные публикации Kodoji Press. Это достаточно много, по-моему, потому что в остальных случаях повторений не было.

In Order of Pages by Veronika Spierenburg, Kodoji Press

— Кого-то еще из других издателей ты можешь отдельно отметить?
— Мне очень нравится Eriskay Connection — совсем новое голландское издательство, которое пока не так много успело сделать, но, мне кажется, у него отличный потенциал. Не могу не назвать Kesselskramer Publishing — про них я уже всем уши прожужжала. Они работают в основном с архивными и апроприированными материалами. Мне дико нравится Roma Publications, одно из самых любимых; у них очень тонкие проекты. Есть прекрасное издательство RVB Books из Франции — что ни книжка, то шедевр. Еще было интересно посмотреть на книжки студентов KABK, художественной академии в Гааге. Их книги очень свободны, каждая особенная и сделана на очень достойном уровне.

— В блоге Unseen, для которого ты писала в дни ярмарки, мне очень приглянулось твое сравнение книжного рынка с лесом, в котором нетрудно заблудиться. Расскажи, как ты сама бродила по этому лесу, потерялась ли? И какие у тебя были ориентиры?
— Поскольку передо мной стояла вполне конкретная задача, то есть писать в блог Unseen непосредственно о книжном рынке, я изначально провела исследование: прошлась по сайтам всех издательств, посмотрела их книги, обращая особенное внимание на новые, выписала названия самых интересных. Я сразу знала, о чем буду писать в двух текстах, и третий у меня тоже был намечен. Но, несмотря на очень четкий план, когда я пришла и стала смотреть живые книжки, всплыли неожиданные вещи, которые я не могла заранее обнаружить. Это самое приятное: ты приходишь — и все начинает вибрировать, выходить из-под контроля. Например, вдруг я начала понимать, что вижу много книг о деревьях, причем это все публикации, вышедшие за последнее время, очень свежие, буквально сентябрьские, и многих еще не было на сайтах.
Я не чувствовала себя такой уж потерянной. Во-первых, пространство рынка не такое большое. Издателей было около шестидесяти. Это много, но большую часть их книг я уже видела. Потерявшимся себя там можно ощутить, если не расспрашивать людей, которые стоят за стендами. Можно потрогать бумагу, можно посмотреть картинки, но реально становится интересно именно тогда, когда тебе либо сам автор, либо издатель рассказывают, о чем проект, и у тебя есть возможность задать любой вопрос.

— Словом, чтобы прийти на такое мероприятие, нужно еще неплохо подготовиться?
— Отнюдь нет. Туда можно прийти и неподготовленным, но быть готовым к тому, что будет непонятно, и интересоваться.

— Скажи, какие открытия на книжном рынке случились у тебя самой?
— Поскольку бюджета у меня особенно не было, а хотелось купить многое, в итоге я приобрела единственную книжку. Я кружила рядом с ней все время, и мы с издателем каждый раз начинали смеяться, когда я подходила вновь к его столику. Эта книжка Яна Кемпенаерса (Jan Kempenaers) выпущена в Roma Publications. Она называется I'm Not Tail Hunting, I'm Drafting, и к ней прилагается принт. Она мне очень нравится. Да, у нее классный дизайн, но никакого суперглубокого замысла там нет. Человек всего лишь путешествовал и снимал дикое количество деревьев по ходу. Вся книга — про селекцию изображений, выбор одного кадра. Идея кажется простой, но в то же время она важная: возможен ли выбор одной фотографии из целого архива?

I'm not Tail Hunting, I'm Drafting by Jan Kempenaers, Roma Publications

Вторую книжку мне очень удачно подарила (я размышляла над ее приобретением) Анаис Лопез (Anais Lopez). Называется она In The Beginning No Bird Sang. Она очень простая, очень милая, с шестью обложками, с осциллограммами птичьих песен, которые можно послушать онлайн. Это трогательная история про слепого человека, который занимается наблюдением за птицами на острове Айбург в Амстердаме. Там очень странное пространство, место, созданное с нуля. Остров полностью насыпной, искусственный, с районом новостроек, но там куча птиц, которых можно услышать.
Кроме этого, были и другие открытия. Их очень много, у меня полтетрадки исписано названиями, авторами и моими тегами, отвечающими личным интересам.

— А может, какая-то из фотокниг на Unseen обсуждалась чаще других?
— Наверное, бумом было выпущенное недавно японским издательством Goliga издание с принтами Дайсукэ Ёкоты (Daisuke Yokota). Называется оно Untitled. Может быть, такой интерес оно вызвало за счет того, что у Дайсукэ был на ярмарке перформанс, во время которого он показывал, как создает свои работы. Он изначально готовит принты, покрывает их медью, добавляет кислоту, происходит процесс окисления, и картинка размывается. Каждый отпечаток в итоге уникален, на нем появляются непредсказуемые узоры. Кроме того, Дайсукэ был представлен в рамках проекта Foam Magazine Talent, он выиграл выставку от Outset Unseen Exhibition Fund. В общем, был у всех на виду. Никто не мог пройти мимо него. И книга, у которой было 250 копий, практически полностью была распродана. Я знаю, что издатель был рад, он не ожидал такого отклика.

Дайсукэ Ёкота во время перформанса на Unseen. Фото: unseenamsterdam.com

— Какие яркие тенденции прослеживались по тем изданиям, что были показаны на рынке?
— Про тенденции сложно что-то определенное сказать, поскольку все очень разное. Но я видела несколько работ, которые состоят из того, что там напечатаны страницы других изданий. Например, листы из скетчбука художника, или конкретные развороты каких-то важных для автора книг, или перефотографированные принты. Разные комбинации того, как в одном изображении живет другое изображение, как на одной странице живет другая. Трудно назвать это тенденцией, но лично мне бросилось в глаза.

Дарья Туминас (1984, Санкт-Петербург), фриланс-исследователь и фотограф. Живет в Амстердаме. Получила свою первую магистерскую степень в Санкт-Петербургском государственном университете в 2010 году с работой, посвященной любительской фотографии. В 2011-м окончила магистерскую программу «Теория кино и фотографии» в Лейденском университете с дипломом, рассматривающим нарратив в фотографии. Во время обучения Дарья проходила интернатуру в журнале Foam Magazine в Амстердаме. Туминас пишет о фотографии для нескольких ресурсов (Photographer.ru, Colta.ru, «Ф.»), а также редактирует колонку «Голландская фотография.txt» в онлайн-журнале «Ф.». Совместно с Евгенией Свещинской и фондом «ФотоДепартамент» Дарья организует программу «Опыт голландской фотографии», которая включает в себя выставку Undercover (Санкт-Петербург, 28 ноября — 13 января) и ряд образовательных событий. Первый фотопроект Туминас «Иван и Луна» удостоен ряда премий, грантов и упоминаний: первый приз на конкурсе Viewbook Photostory, победитель от фонда Lucie Foundation, финалист грантовой программы журнала burn, специальное упоминание в конкурсе на стипендию Ian Parry. Эта работа также выставлялась в рамках фестивалей Lodz Fotofetiwal, Voies Off Arles, FotoFest, показывалась в галерее Getty Images и на нескольких площадках в Голландии и России. В данный момент Дарья работает над проектом No Tail No Scale и ассистирует в галерее Johan Deumens Gallery в Амстердаме.