Пилотный выпуск видеолекционного проекта: «В начале было слово»

Итак, вот он, пилотный выпуск видеолекционного проекта «Фотокниги: К истокам медиума», ранее анонсированного в блоге. Этот эпизод, напомню, будет находиться в свободном доступе. Посвящена первая лекция проблеме самого термина, сложившегося относительно недавно, и прообразам фотографических изданий, созданным в XIX веке.

Какие две работы претендуют на звание первой? Почему коллеги-астрономы похвалили Джеймса Несмита за его визуальную фантазию? Как Джулия Маргарет Кэмерон придумала жанр фоторомана, а Роджер Фентон и другие военные фотографы положили начало документальным фотокнигам? За что модернисты обвиняли автора «Индейцев Северной Америки» Эдварда Кертиса в предательстве?

Следите за анонсами новых лекций в блоге. Свежие выпуски будут доступны по подписке в онлайн-магазине «Фотодепартамента». Периодичность выхода эпизодов — раз в две недели.

14 октября — Всемирный день фотокниг

Мадридский PhotoBook Club выступил инициатором проведения Всемирного дня фотокниги (#PhotoBookDay), отмечаемого сегодня, 14 октября, не только в испанской столице, разумеется, но и во многих других городах планеты, где галереи, специализированные магазины и отдельные энтузиасты проведут ряд тематических мероприятий: выставки, дискуссии, круглые столы, встречи коллекционеров и распродажи. Блог This is a photobook тоже решил присоединиться к этому событию, опубликовав небольшой материал об истории «Британских водорослей» (British Algae: Cyanotype Impressions) Анны Эткинс — первого фотографического издания, к 170-летию выхода которого приурочен праздник.

Обложка British Algae: Cyanotype Impressions из коллекции Нью-Йоркской публичной библиотеки 

Оттенки синего: К 170-летию «Британских водорослей» Анны Эткинс

Как и большинство пионеров светописи первой половины девятнадцатого столетия, англичанка Анна Эткинс (Anna Atkins) пришла в фотографию через науку. Единственная дочь ученого Джона Чилдрена, она с юности проявляла интерес к исследовательской работе и в качестве основного поля деятельности выбрала ботанику, на этом поприще добившись впечатляющих успехов (достаточно тут упомянуть, что ее выбрали членом London Botanical Society, что для женщины того времени было событием неординарным). Любопытно было ей и художественное творчество. Еще в 25-летнем возрасте Эткинс подготовила серию гравюр, сопроводивших труд Жана Батиста Ламарка Genera of Shells, переведенный ее отцом.

Анна Эткинс

Изучая особенности британских водорослей, она не была готова ограничиться одними лишь рисунками для собственной книги, а поэтому искала другие способы максимально точной передачи изображения объектов флоры. Известны Анне были как фотографические опыты Тальбота, так и эксперименты Джона Гершеля, друга и соседа ее семьи. Хотя камера у нее всегда имелась, предпочтение ботаник отдала менее дорогой и наиболее простой цианотипной технике последнего, рассудив, что использование подобного метода позволит получить кадр, в сущности, произведенный самим растением. В реальности имеющие красновато-коричневый или мутновато-желтый цвет, водоросли непосредственно на снимках Эткинс представали белоснежными оттисками на ярко-синей бумаге и превращались из просто детальной научной иллюстрации в поэтичные и насыщенные образы.

Первая копия British Algae: Cyanotype Impressions, включавшая ряд созданных исследовательницей изображений, увидела свет в октябре 1843 года, но в течение последующего десятилетия было выпущено еще несколько экземпляров издания (разные источники называют цифру от двенадцати до семнадцати), каждый из коих пополнялся все большим числом фотографий.

Одна из самых полных версий содержит свыше четырех сотен страниц и в настоящее время находится в коллекции Британской библиотеки в Лондоне. Другой подробный вариант, сохранивший оригинальную обложку и переплет, содержится в собрании Нью-Йоркской публичной библиотеки, будучи приобретенным в 1985 году на аукционе, инициированном потомками Гершеля.

Работа Анны Эткинс, сопровожденная, к слову, не печатным, а рукописным текстом, признана первой фотокнигой в истории и опередила почти на год The Pencil of Nature Уильяма Генри Фокса Тальбота.

Познакомиться с большинством иллюстраций из фотокниги «Британские водоросли: Цианотипные оттиски» можно здесь.

Первые фотокниги: «Луна как планета, мир и спутник» Джеймса Несмита

Хотя сегодняшнее представление о фотокнигах и о том, как они должны выглядеть, сформировалось только в двадцатом столетии (чему, как я уже писала, поспособствовал выход American Photographs Уолкера Эванса), варианты использования этого формата можно было наблюдать еще веком ранее, спустя всего несколько лет после официального рождения фотографии. В октябре 1843-го английский ботаник Анна Эткинс опубликовала работу Photographs of British Algae: Cyanotype Impressions, сопроводив ее собственными изображениями. Через несколько месяцев Уильям Генри Фокс Тальбот издал The Pencil of Nature, признанную первой книгой с использованием снимков, выпущенной для полноценной продажи.

Несмотря на время своего появления, некоторые из подобных проектов нельзя не признать весьма любопытными образчиками формы и стиля, вызывающими интерес и сейчас. Мне кажется важным обращаться в блоге This is a photobook к рассказу о таких изданиях, что я и буду делать раз от раза. Начать же серию подобных материалов мне хотелось бы отнюдь не с упомянутых примеров, а с работы Джеймса Несмита «Луна как планета, мир и спутник» / The Moon: Considered as a Planet, a World and a Satellite, благодаря которой случилось мое знакомство с этой страницей истории фотокниг. Проект, на мой взгляд, примечателен еще и тем, что вошедшие в него кадры можно смело рассматривать в контексте дискуссии вокруг фотографического медиума, запущенной Вальтером Беньямином, а впоследствии продолженной в эссе Сонтаг, Барта и других исследователей. Той самой дискуссии, что в последние годы особенно активно переходит с поля философии в пространство художественной практики.

Все картинки, как всегда, увеличиваются при клике.

Джеймс Несмит (1808—1890)

Путешествие на Луну с помощью фотокамеры

Двадцать четыре фотографии Джеймса Несмита, вошедшие в его книгу, кажутся едва ли не столь же детальными изображениями лунной поверхности, какие в 1964 году сделал «Рейнджер-7», первый американский зонд, передавший на Землю выполненные с близкого расстояния виды естественного спутника планеты. Это высокое качество снимков мгновенно вызывает вопрос: как астроном-любитель из Северной Англии, работавший в 1870-х, примерно за сто лет до старта космической эпохи сумел добиться такой впечатляющей достоверности, имея доморощенный телескоп и довольно примитивную камеру? Разгадка, впрочем, проста.

Обложка, титульный лист и одна из страниц первого издания «Луны» Несмита (1874)

Обложка третьего издания книги (1885)

Несмит был сыном достаточно известного шотландского пейзажиста Александра Несмита. В год, когда Луи Дагер представил Французской академии наук процесс получения фотографического изображения, 31-летний Джеймс набросал первый эскиз парового молота — изобретения, принесшего ему успех и славу. Запатентовав идею, он очень скоро ушел в отставку, чтобы последние три десятилетия жизни посвятить другому своему любимому увлечению — астрономии. В темное время суток в одной ночной рубашке он, вооружившись телескопом, расхаживал вокруг собственного дома в Манчестере в поисках наилучшего вида звездного неба, и больше всего его внимание захватывала Луна. Разглядывая ее, Несмит, будучи, как и его отец, опытным рисовальщиком, делал подробные эскизы поверхности спутника, задействуя серую тонированную бумагу и черные и белые мелки.

На основе этих работ им была создана большая лунная карта, впервые представленная на Всемирной выставке 1851 года и удостоенная там золотой медали. Те же самые рисунки астроном использовал для изготовления гипсовых моделей отдельных участков небесного тела (некоторые из них по-прежнему хранятся в запасниках Музея наук в Лондоне). Скульптурные композиции, чей размер не превышал двадцати квадратных дюймов, стали частью визуальной фантазии Несмита, опубликованной на страницах The Moon: Considered as a Planet, a World and a Satellite.

Титульный лист третьего издания книги (1885)

Изобретатель просто переснял миниатюрные слепки, осветив их под низким углом. Итоговые крупные кадры оказались гораздо более четкими, нежели самые лучшие изображения таких пионеров астрофотографии, как Генри Дрейпер, Льюис Разерфорд и Уоррен де ла Рю. Одна работа последнего из авторов, собственно говоря, является единственным подлинным видом Луны, помещенным в книге Несмита.

Разворот книги с фотографией  Уоррена де ла Рю 

Первое издание проекта, подготовленного совместно с астрономом Джеймсом Карпентером, выпущено в 1874 году. При его печати использовалось сразу несколько технологий тиражирования иллюстраций: гравировка, гелиотипы и вудберитипы (в третьем издании 1885 года все гелиотипы заменены вудберитипами). В большинстве своем снимки были выстроены в такой последовательности, что одна картинка вертикальной направленности занимала отдельную страницу. Чаще все на соседнем листе располагался текст, однако встречаются и три разворота с парами изображений. В первой версии книги сюрреалистичные фотографии морщинистой руки Несмита и старого яблока (эти выразительные образы он использовал, чтобы показать эффект влияния возраста на изменение поверхностей) и вовсе находились на одной странице, но к третьему выпуску кадры были разведены.

Пример редактирования страницы в первом издании «Луны» (1874)

Пример редактирования разворота в третьем издании «Луны» (1885)

Насыщенная научная часть The Moon: Considered as a Planet, a World and a Satellite, естественно, представляется доминирующей во всей работе. Тем не менее проект, безусловно, можно считать прототипом фотокниги, учитывая значимость его визуального материала. Даже зная, что снимки Несмита — это фикция, ученые высоко оценили их. В журнале Nature, к примеру, была опубликована восторженная рецензия: «Иллюстрации к этой книге настолько замечательны, что каждый, кто желает добираться до сути любого астрономического явления, испытывает желание обратиться прежде всего к ним. Ни одному студенту до сих пор не удавалось положить перед читателем более правдивые или поразительные виды естественных объектов, чем представленные здесь, и я могу добавить, что редко когда-либо прикладывалось столько труда, что бы получить такую точность».

Полностью с The Moon: Considered as a Planet, a World and a Satellite можно познакомиться здесь.