Прошло две недели, а значит, время для нового выпуска видеолекционного проекта «Фотокниги: К истокам медиума». Первый номерной эпизод посвящен работам европейских, русских и американских модернистов 1920-х и 1930-х годов.
Какое из изданий считалось классикой ар-деко? Чей проект Эль Лисицкий назвал волнующим, подобно драматическому фильму? В чьи книги футуристы мечтали завернуть селедку? Как сборник «Про это» Маяковского и Родченко сформировал уникальный союз слова и изображения, а «Facile» Мана Рэя и Поля Элюара возвеличила супругу и музу французского поэта? Какое модернистское издание можно считать самым популярным и продаваемым, а какое стало манифестом экспериментального крыла европейской фотографии? Как Уокер Эванс сделал нарратив в своей работе American Photographs произведением искусства, положив начало коренным преобразованиям в фотокнижном медиуме?
Итак, вот он, пилотный выпуск видеолекционного проекта «Фотокниги: К истокам медиума», ранее анонсированного в блоге. Этот эпизод, напомню, будет находиться в свободном доступе. Посвящена первая лекция проблеме самого термина, сложившегося относительно недавно, и прообразам фотографических изданий, созданным в XIX веке.
Какие две работы претендуют на звание первой? Почему коллеги-астрономы похвалили Джеймса Несмита за его визуальную фантазию? Как Джулия Маргарет Кэмерон придумала жанр фоторомана, а Роджер Фентон и другие военные фотографы положили начало документальным фотокнигам? За что модернисты обвиняли автора «Индейцев Северной Америки» Эдварда Кертиса в предательстве?
Следите за анонсами новых лекций в блоге. Свежие выпуски будут доступны по подписке в онлайн-магазине «Фотодепартамента». Периодичность выхода эпизодов — раз в две недели.
Общая история фотографии всегда следовала двумя направлениями. С одной стороны, взгляд был обращен на технологические процессы, с другой — анализу подвергался эстетический метод, связываемый с национальными школами, жанрами, иконическими образами и наследием отдельных авторов. Но вне рамок традиционного подхода долгое время оставался крупный исследовательский пласт.
С первых публикаций еще в 40-х годах XIX века книга является в такой же степени естественной средой существования фотографии, что и галерейная стена. Учитывая ранние издательские опыты, можно даже утверждать: книга — первая и наиболее корректная форма презентации фотографии, откуда та позднее перебралась в музейное пространство. Однако, несмотря на это, история никогда не помещала ее в центр внимания.
В последние годы, впрочем, в этой области можно наблюдать значительные перемены. Рост интереса как со стороны исследователей, так и со стороны коллекционеров и фотографов вывел изучение фотокниги на новый уровень. Выпускаются исторические антологии и сборники эссе, по мотивам ретроспективных выставок выходят подробные каталоги.
Эти изыскания в большинстве своем не достигают российских рубежей. В последние два года у нас постепенно набирает обороты культура селф-паблишинга, и знание исторического контекста — и международного, и родного — кажется мне очень важной частью процесса расширения фотокнижного поля в стране. Той частью, что необходима как для потенциальных потребителей изданий, так и для самих авторов. Той частью, что помогает понимать книгу и любить ее, питает опыт современных фотографов, позволяя им видеть не отдельные фрагменты мозаики, а их совокупность.
Чтобы делать крутые книги, мало одних навыков владения профильными программами. Недостаточно и знакомства лишь с сегодняшними примерами медиума. Важно понимать культурный код, сокрытый в современных работах, их ДНК, то есть осознавать общие источники влияния, а не просто собирать объекты копирования.
На протяжении последнего года я читаю лекции по истории фотокниги вживую и в онлайн-режиме. Как правило, это выступления длиной чуть больше часа, в рамках которых я успеваю дать краткий обзор темы, заглянув в самое начало и стремглав пробежавшись по XX веку. Да, времени всегда не хватает (в особенности если ты говоришь о том, что тебе так интересно), но 60 минут на полтора века фотографических изданий— это все-таки экстремальные условия. Стесняют также и географические рамки. Проживая в Челябинске, я чаще всего не имею возможности читать лекции, выезжая в другие города, а соглашаясь на общение по скайпу, всякий раз переживаю за качество связи.
Идея цикла видео под общим названием «Фотокниги: К истокам медиума» родилась из желания преодолеть и временные границы, и, скажем так, пространственные, при этом расширив аудиторию.
В рамках проекта я запланировала 11 лекций. Первая, вступительная, будет посвящена проблеме термина и прообразам фотокниг, созданным в XIX веке. Она станет своего рода пилотным эпизодом этого интернет-сериала. В остальных десяти я расскажу уже о XX столетии. Как фотокнига стала неотъемлемой частью теории и практики модернистов в период между двумя мировыми войнами? И какую роль в этом процессе сыграли работы российских авангардистов? С каких изданий 1930-х начал формироваться современный образ документальной книги? Почему The American Photographs Уолкера Эванса и The Americans Роберта Франка стали ключевыми изданиями в истории формата? Каким образом фотокнига отреагировала на послевоенный ландшафт Европы? Как японские издания 1960-х и 1970-х взорвали фотокнижное поле, а работы европейских авторов отразили протестные настроения конца 1960-х годов? Как художники того времени взяли фотокнигу в оборот и изменили правила игры, как послевоенные поколения фотографов выплеснули на страницы свою страсть и ненависть, а Дюссельдорфская школа их охладила?
Новые эпизоды этого цикла (в свободном доступе окажется только пилотный выпуск) будут появляться раз в две недели в лекционном разделе онлайн-магазина «Фотодепартамента», являющегося партнером проекта, и будут доступны по подписке.
То, что вы увидите, я обозначила как лекционные фильмы. Это, безусловно, не абсолютная история вопроса, но это приглашение вместе прыгнуть вглубь кроличьей норы. И я буду рада, если вы присоединитесь к этому путешествию.
СПИСОК ДОСТУПНЫХ ЭПИЗОДОВ Лекиция № 0. «В начале была книга». Проблема термина. Прообразы фотографических изданий, созданные в XIX веке. Лекция № 1. «Осторожно, модерн». Издания русских, европейских и американских модернистов 1920-х и 1930-х годов. Лекция № 2. «Документ/Пропаганда». Европейские и американские документальные издания, а также феномен советской пропагандистской фотокниги 1930-х годов. Лекция № 3. «В шесть часов вечера после войны». Голландские, чешские, французские, испанские, итальянские, британские и немецкие фотокниги послевоенного периода. Лекция № 4. «Нерешающий момент». Американские и европейские издания 1950-х и 1960-х годов, относящиеся к направлению визуального потока сознания. Лекция № 5. «Это — провокация». Фотокнижный бум в Японии 1960—1970-х.
Двухчастный выпуск (лекции № 6 и № 7) Лекция № 6. «Я протестую!». Фотографические издания как зеркало протестов второй половины XX века. Американская, европейская и японская классика жанра 1960-х и 1970-х и его современные примеры, выпущенные в новом столетии. Лекция № 7. «Sex, drugs & photobooks». Фотокниги, появившиеся благодаря либерализации сексуальных нравов в 1960-х. Эксцентричные европейские эротические альбомы, зачинатели дневникового стиля, провокационные исследования природы вуайеризма и дидактические антинаркотические высказывания.
Двухчастный выпуск (лекции № 8 и № 9) Лекция № 8. «В мире искусства». Формат фотографического издания в руках у художников
1960—1990-х годов. Спорная серия публикаций Эда Руше как точка входа концептуальных практик в фотокнигу. Эксперименты американских и европейских авторов — от Уорхола до Фонткуберты. Лекция № 9. «Анонимные скульптуры». Фотокниги четы Бехер и учеников и последователей «дюссельдорфской школы». Издания на границе между концептуальным искусством и документалистикой. Естественно-научный принцип каталога как художественный принцип и метод типологии как инструмент для насмешки.
This is a photobook публикует перевод интервью, которое Брэд Фойерхельм взял у Тома Совена по случаю выпуска фотокниги Until Death Do Us Part (обзор издания читайте тут).
– Мы с вами вели продолжительную беседу о грузе собирания фотографий и идее противопоставления роли редактора и художника. Мы подробно обсуждали, что коллекционирование и редактирование, пусть даже искусно выполненное, можно понимать… как обычное редактирование. А потом вы отошли от этого и стали художником благодаря вашему таланту в создании по-настоящему важных работ в рамках проекта Beijng Silvermine. Что заставило вас изменить свою позицию как редактора и коллекционера в сторону художника?
– Я полагаю, это произошло естественно, после того как я поделился проектом в формате экспозиций и книг. На протяжении первых лет я потратил много времени, накапливая негативы, контролируя процесс их оцифровки, чтобы увидеть и снова и снова сортировать изображения, чем в известной степени и занимается коллекционер и редактор. Затем я был достаточно удачлив, чтобы получить возможность рассказать о проекте с помощью десяти выставок и двух публикаций, что, само собой, разнообразило характер моей работы. Вероятно, я стал больше художником в тот день, когда должен был ответить на следующие вопросы: что я показываю? Как я это показываю? И, главное, что я хочу этим сказать?
На протяжении нескольких лет Тома Совен, француз, обосновавшийся в Пекине, коллекционирует оригинальные негативы, спасаемые им от переработки, главная цель которой — получение содержащегося в пленках нитрата серебра с последующей его перепродажей химическим лабораториям. Каждый месяц он ездит в места утилизации мусора, где килограммами скупает фотографии. Каникулы, встречи с друзьями и в семейном кругу, посещения тематических парков — сюжеты большинства карточек тривиальны. Тем не менее, начиная с появления в КНР в 1985-м первой мейнстримовой камеры Kodak и заканчивая 2005-м, знаменующим взлет популярности цифрового изображения и упадок аналоговой съемки, эти кадры документируют эпоху значительных экономических и культурных изменений в стране. Проект Совена Beijng Silvermine, в рамках которого он разбирает залежи негативов, классифицирует их и демонстрирует на фотофестивалях по всему миру, — это два десятка лет китайской истории, увиденной изнутри и показанной простыми людьми.
Until Death Do Us Part, 2015
Кроме выставочного формата, Тома работает также и с фотокнижным медиумом, избирательно презентующим его обширный архив. В 2013-м в сотрудничестве с Archive of Modern Conflict он выпустил сначала миниатюрный пятитомник Silvermine, номинировавшийся на ряд престижных наград, включая Paris Photo Aperture Foundation First Photobook Award и Deutsche Börse Photography Prize, и отмеченный по итогам года многими экспертами, а после для цикла Amc2 Journal подготовил выборку студийных портретов 1930—1980-х. Обе эти публикации отличали искусная редактура и наличие оригинальной формы, в целом довольно простой в исполнении.
С того момента, как я перестала просто покупать отдельные экземпляры и начала уже осознанно формировать собственную коллекцию, я покинула лагерь поклонников хитроумного дизайна книг. В моем собрании есть несколько таких объектов, и, хотя я питаю к ним нежность, ревизия занимаемых ими стеллажей всякий раз меня ввергает в паническое состояние. Издания, чьи обложки выполнены из хрупкого материала, или работы, заключенные в мудреные футляры, зачастую очень прихотливы в хранении. Такого рода фотокниги, по обыкновению, требуют выделения под них отдельных полок, а таковых, как известно, всегда мало.
Until Death Do Us Part, 2015
Until Death Do Us Part Тома Совена можно было бы отнести к подобным «неудобным» предметам коллекционирования, но не получается. У этого 108-страничного издания скромный размер — оно упаковано в сигаретную пачку (к слову, настоящую, с крошками табака на донышке) и имеет обложку, стилизованную под стройный ряд папирос. Сама затянутая в целлофан, защищающий ее от внешних повреждений, эта коробочка оберегает и фотокнигу, позволяя спокойно поставить ее на полку среди других экземпляров.
Если отбросить все это занудство пытливого собирателя, остается умещающаяся на ладони изящная, продуманная и аккуратно осуществленная работа художника (а Совен, надо признать, шагнул за пределы обычного редактирования архива). Алый корешок вторит цвету пачки, края листов окрашены в золотой, внутри нет никакого текста, за исключением краткой аннотации в самом конце. Этакая «маленькая красная книжица», где вместо изречений Мао представлены визуальные цитаты о табачной культуре Китая (где проживает треть курильщиков мира), нашедшей неожиданное воплощение в здешних свадебных ритуалах. По уже уходящей традиции невеста в КНР должна помочь прикурить каждому приглашенному на торжество гостю, а в паре с женихом они нередко принимают участие в наивных конкурсах и играх, связанных с сигаретами.
«Любовь и смерть идут рука об руку», — поясняет Тома распространенный фотографический сюжет, и кажется, что эта ремарка относится не только к табачному дыму в условиях рождения новой китайской семьи, но и к тому, что делает Совен со своей коллекцией, спасая от гибели почти исчезнувшую аналоговую фотографию.
В эти выходные в Вене в очередной раз пройдет ViennaPhotoBookFestival, к третьему году своего существования превратившийся в одно из наиболее представительных фотокнижных событий Европы.
В его программу, по обыкновению, войдет серия лекций с известными персонами индустрии, из которых главной звездой на фестивале 2015-го, несомненно, будет американец Уильям Кляйн. Кроме того, на мероприятии в австрийской столице появятся британский критик Колин Панталл, издатель Майкл Мак (основатель MACK впервые выступит перед венской публикой), коллекционеры Джерри Беджер, Манфред Хейтинг, Андреас Х. Битеснич и Мишель Ауэр, дизайнер Аня Налецка, автор Hidden Islam Николо Дегиоргис и член агентства Magnum Оливия Артур.
Но открытые встречи, по сути, служат обрамлением для ключевого пункта в расписании ViennaPhotoBookFestival — книжного рынка, объединяющего издателей (от маленьких до крупных, от только нарабатывающих репутацию до опытных), дилеров, собирателей и просто страстных любителей фотокниг.
В рамках этой площадки третий год подряд свои работы представят студенты Школы Родченко (в 2013-м именно с похожей поездки в Вену началась история успеха проектов «Be happy!» Игоря Самолета и «25 weeks of winter» Кати Анохиной, выпускников учреждения). Фактически до сегодняшнего момента московская институция в одиночку знакомила ViennaPhotoBookFestival с молодыми российскими авторами. Однако в грядущие выходные на австрийское мероприятие приедет группа независимых отечественных фотографов. Без протекции со стороны каких-либо фондов и галерей, без сторонней поддержки — на моей памяти впервые наши авторы самоорганизуются таким образом и отправляются продвигать собственные книги, хотя за рубежом такая практика уже давно распространена.
Обзор последних фотокнижных конкурсов и фестивалей, открывших прием заявок на участие.
The Paris Photo — Aperture Foundation PhotoBook Awards 2015 в Париже
Одна из самых престижных фотокнижных премий, призеры которой, по обыкновению, определяются в ноябре в столице Франции, открывает прием заявок в трех категориях. В номинации First PhotoBook о себе могут заявить авторы изданий, выпущенных в срок с 1 сентября 2014-го по 7 сентября 2015-го и находящихся в продаже или свободном распространении. Проекты, существующие только в цифровом виде, на награду претендовать не могут. К конкурсу допускаются первые работы, опубликованные самостоятельно, первые книги, созданные ограниченным тиражом или в формате печати по требованию, а также ставшие дебютным опытом сотрудничества с издательством (даже если до этого конкурсант занимался селф-паблишингом).
Категория PhotoBook of the Year предназначена для проектов одного фотографа или группы авторов и художников. Непременным условием является тираж не менее 100 экземпляров. Сроки издания работы такие же, как и в предыдущей номинации. Наконец, раздел Photography Catalogue of the Year открыт для каталогов выставок и музейных изданий.
Процедура определения победителей премии не меняется несколько лет: сначала жюри сформирует шорт-лист, встретившись в Нью-Йорке, а затем отобранные публикации составят экспозицию в рамках Paris Photo. Обладателю награды First PhotoBook вручат 10 000 долларов. Победители в других двух категориях получат исключительно репутационный профит.
Дедлайн: 11 сентября
Регистрационный взнос: 20 долларов (First PhotoBook) и 50 долларов (PhotoBook of the Year и Photography Catalogue of the Year), но размер взноса распространяется на ранние заявки. Подробности
В 2005 году, ровно 10 лет назад, Treemedia (тогда, впрочем, еще не носившее свое сегодняшнее имя) выпустило альбом «Рожденные в СССР» Игоря Мухина, ставший первой фотокнигой в каталоге издательства. И по сей день эта небольшая независимая компания остается у нас в стране в своем роде единственной, уделяющей внимание главным образом иллюстрированным работам и проектам, посвященным истории и теории фотографии. При участии Treemedia появились отечественные бестселлеры «Фотография как…» Александра Лапина и «Последняя империя» Сергея Максимишина, русскоязычная версия удивительного «Черного паспорта» Стенли Грина, изящная и глубокая «Жидкая земля» Рены Эффенди, наиболее полная ретроспектива Ляли Кузнецовой и монументальная «Лесостепь» Валерия Нистратова.
This is a photobook расспросил издателя Леонида Гусева о работе над этими книгами, опыте сотрудничества с голландцами из Schilt Publishing и о поле российского селф-паблишинга.
«Лесостепь» Валерия Нистратова, 2008
— Что вдохновило вас на издательскую деятельность? Что подтолкнуло к созданию Treemedia?
— В 2003 году знакомый привел меня на курс занятий Александра Лапина, проходивший у него дома. Лекции и семинары, входившие в курс, послужили основой для книги «Фотография как…». Как-то раз на одном из занятий Лапин посетовал, что он написал книгу, она полностью подготовлена к печати, но издательство МГУ не может найти денег на ее печать. Деньги у меня в тот момент были, и я имел достаточное представление о полиграфических технологиях и книжной торговле. Так как все, что говорил Лапин на своем курсе, представлялось мне весьма разумным и интересным для увлекающихся фотографией, то я предложил ему издать книгу за мой счет, даже не читая ее. Собственно, мои функции как издателя свелись к тому, что я посоветовал изменить фон обложки с белого на черный, организовал печать в Турции и нашел дистрибьютора, который забрал весь тираж. Конечно, в тот момент я не предполагал, что стану издавать книги. Опыт с Лапиным был просто желанием помочь приятному для меня человеку. Название Treemedia я придумал позже, в 2009 году, и какое-то время до открытия компании с этим именем оно служило торговой маркой. Организовать непосредственно компанию Treemedia в 2011 году мне предложили мои партнеры, которые видели в этом определенный смысл.
О «Секретах» Натальи Резник я совсем недавно писала, комментируя персональный рейтинг любимых фотокниг 2014 года, куда эта работа вошла наряду с семью другими изданиями от авторов с постсоветского пространства. По горячим следам предыдущей публикации фотограф из Перми, ныне обосновавшаяся в Германии, рассказала в интервью блогу This is a photobook о том, как она решила найти для своего проекта альтернативную форму реализации, об эмиграции как процессе, схожем с перерождением, и об особенностях сотрудничества с немецкими типографиями.
«Героини „Секретов“ — женщины из СССР, переехавшие в Германию. Вместе со своими моделями Резник воссоздает популярный в советское время девчоночий ритуал и прячет в землю самое близкое и дорогое — вещи, привезенные с родины, но бережно хранимые до сих пор: ноты песни о России, старый томик Достоевского, семейный снимок в декоративной рамке, кукольное платьице, кружевная салфетка, аудиокассета. В книге этот игровой мотив акцентирован с помощью вырубки в формы круга на нескольких страницах — казалось бы, очевидный, но между тем эффектный и нелишний способ подкрепить концепцию проекта. Зрителю же он помогает через годы заглянуть в чужие секретики и обнаружить в них самого себя, живущего в России здесь и сейчас, но соединенного с чужими судьбами по ту сторону границы».
Поддавшись соблазну «лихорадки списков» и переждав основную волну публикаций фотокнижных итогов года, представляю наконец и свой вариант рейтинга изданий прошедшего 2014-го. В шорт-листе для This is a photobook (авторы в нем выстроены по алфавиту) я намеренно собрала исключительно те работы, к которым имеют отношение авторы, так или иначе связанные с постсоветским пространством. Причин у такого решения несколько.
Во-первых, нет смысла в очередной раз признаваться в любви к проектам, неоднократно отмеченным другими ревьюерами. Вы и так про них знаете (либо узнали недавно из предыдущих постов). Во-вторых, в свете того, что медиум фотокниги постепенно набирает популярность в нашей стране, важно, как мне кажется, отметить те издания, которые уже ярко выделяются на этом поле, причем не только у себя на родине, но и за рубежом. И, в-третьих, в течение всего этого года я упорно формировала остов своей русской коллекции и теперь, пользуясь случаем, не могу не поделиться мыслями о некоторых любимых обитателях моей книжной полки с читателями блога. Enjoy!
